Аналитика

Россия переосмысливает паритетный курс на Южном Кавказе

РоссияAnalitikaUA.net. Очередным симптомом нарастающих сложностей в российско-азербайджанских отношениях стало одностороннее расторжение Россией договора о транзите азербайджанской нефти через свою территорию.

Договор действовал с января 1996 года и за все предыдущие годы вызывал нарекания Москвы ввиду неисполнения Баку взятых на себя обязательств. Оговоренный договором объём транзита нефти по трубопроводу Баку – Новороссийск не обеспечивался азербайджанской стороной. Вместо 5 млн. тонн нефти ежегодно Азербайджан наполнял трубу порядка 2 млн. тонн (планами Госнефтекомпании Азербайджана на 2013 год предусматривается снижение объёмов прокачки и вовсе до 1,6 млн тонн). Российская сторона также была недовольна низким тарифом на транспортировку нефти ($15,67 за тонну), установленного в 1996 году и все последующие годы не претерпевшего изменений.

После выхода России из договора, стороны решили, что транзит нефти по трубопроводу будет продолжен до конца этого года в соответствии с существующими условиями.

Москва была готова на уступки азербайджанской стороне в вопросе оставления тарифа середины 1990-х годов в силе, но при обязательном увеличении объёма транзита нефти до закреплённого контрактом уровня.

В Баку же не нашли возможности выйти с Москвой на компромиссные развязки, прежде всего по причине падения нефтедобычи прикаспийской республики.

Азербайджан начал испытывать трудности даже при заполнении стратегического для него нефтепровода Баку – Тбилиси – Джейхан (БТД). В республике никогда не скрывала, что трубопровод БТД был для неё на приоритетных позициях, в то время как нефтепровод Баку – Новороссийск заполнялся во многом по остаточному принципу (к сведению, тариф за транзит нефти по БТД составляет порядка $ 60 за тонну). Это было необходимо для поддержания отношений с Россией в энергетической сфере на ровном уровне.

Однако, цифры падения азербайджанской нефтедобычи, а также имевшие место в последние месяцы разночтения между Россией и Азербайджаном по некоторым двусторонним вопросам привели к выплёскиванию наружу сдерживаемых до недавнего времени противоречий вокруг транзита нефти.

С осени прошлого года тема падения нефтедобычи на азербайджанском шельфе Каспия стала достоянием широких обсуждений. Их сдетонировал известный эпизод от октября 2012 года, когда президент Азербайджана Алиев в ходе правительственного заседания подверг критике ведущего внешнего оператора добычи и транспортировки своей нефти. Британская «BP» была «уличена» руководством республики в искусственном сдерживании роста нефтедобычи. Основной вывод критических замечаний главы Азербайджана сводился к тому, чтo, по оценке Баку, из-за «допущенных консорциумом грубых ошибок в последние годы добыча нефти на месторождениях стала резко уменьшаться». Азербайджанское руководство оценило недополучение своего дохода в $8,1 млрд.

Последующие контакты в тандеме «BP – Баку» значительно снизили накал недовольства азербайджанского лидера. Но показатели производства нефти в Азербайджане от этого не претерпели качественных подвижек.

В январе – феврале текущего года Азербайджан сократил поставки нефти за рубеж на 7,5%. По нефтепроводу БТД за первые два месяца года было поставлено 4,532 млн. тонн нефти (- 7,4% в годовом выражении), по нефтепроводу Баку – Супса – 712 703 тонны (- 1,2%), по нефтепроводу Баку – Новороссийск – 249 601 тонна (- 23%), по железной дороге до грузинских портов – 142 975 тонн (- 10,2%).

Объёмы добычи нефти на блоке месторождений «Азери–Чираг–Гюнешли» в первом квартале 2013 года показали снижение. По сообщению «BP Azerbaijan», за первые три месяца суточная добыча нефти с блока составила 662 тыс. баррелей против 664,4 тыс. баррелей в среднем в день в 2012 году.

Политический контекст расторжения Россией договора с Азербайджаном по транзиту нефти также присутствует, хотя азербайджанские комментаторы пытаются его всячески исключить из поля двусторонних отношений. На следующий после озвучивания Москвой решения о расторжении договора (как выяснилось, решение в правительстве России было принято 5 мая, но только через 10 дней об этом было открыто заявлено) от азербайджанских источников можно было услышать свою версию случившегося. Подчёркивая деструктивность поиска политической подоплёки вопроса, азербайджанские авторы выдвинули следующую версию.

Все годы действия соглашения Баку в реальности транспортировал порядка 2,5 млн. тонн. Причиной этого было стремление азербайджанской стороны пересмотреть тарифы или же создать банк нефти. Дело в том, что высококачественная азербайджанская нефть на выходе в Новороссийске смешивалась с менее качественной российской нефтью и поэтому теряла в цене. Российская «Транснефть» в августе 2011 года инициировала пересмотр условий межправительственного соглашения с Азербайджаном: Баку предлагалось на 30–40% (до 3–3,5 млн. тонн) сократить прокачку нефти. Проект поправок к договору был отправлен на согласование в Баку, но поддержки не нашёл. Азербайджан, в свою очередь, в 2011 году предложил использовать трубопровод Баку – Новороссийск для прокачки нефти третьих сторон. Однако с этим не согласилась уже российская сторона.

Политический контекст расторжения договора о транзитных поставках нефти не является определяющим. В большей мере, на решение российской стороны повлияли экономические соображения, указывавшие на анахронизм продолжения сотрудничества со своим государственным контрпартнёром на Южном Кавказе на условиях середины 1990-х годов. В разъяснениях компании «Транснефть», являющейся оператором российского участка трубопровода Баку – Новороссийск, было отмечено, что после расторжения межправительственного соглашения Москва намерена в дальнейшем строить свои отношения с Баку вокруг транзита нефти на условиях коммерческого партнёрства хозяйствующих субъектов. Представители «Транснефти» заявили, что теперь Москва и Баку будут работать в части транзита топлива как хозяйствующие субъекты, то есть на принципе взаимной выгоды.

Оператором российской части трубопроводной системы Баку – Новороссийск также было указано на невозможность эффективного поддержания её работы – система работала на пределе рентабельности.

В то же время, на принятие Россией решения о расторжении договора не могли не оказать влияние предшествующие события, сопровождавшие диалог с партнёрами в Азербайджане. И дело здесь не только в окончившихся полным провалом переговорах вокруг продления Россией аренды Габалинской РЛС на азербайджанской территории. Со стороны Баку было бы весьма неразумно выдвинуть перед Москвой условие в 300 млн. долларов ежегодной аренды за информационно-аналитический объект «Дарьял» и при этом надеяться на сохранение тарифов на транзит нефти 1996 года в прежнем виде. При этом, без принципиальной заинтересованности соблюдать условия договора по объёмам перекачки «чёрного золота».

Более широкое воздействие на фон растущего дистанцирования России и Азербайджана сыграл фактор необратимого энергетического дрейфа прикаспийской республики на европейские рынки потребления энергоресурсов.

По оценкам экспертов, Азербайджан изначально (если брать за временной ориентир середину 1990-годов) вёл линию на планомерное снижение экспорта своей нефти через Россию. Это делалось по причинам политического свойства – чтобы свести к минимуму зависимость от России и укрепить свой прозападный курс, обозначенный «контрактом века» с западными нефтяными корпорациями, строительством и запуском нефтепровода БТД, газопровода Баку-Тбилиси-Эрзурум.

После указанных проектов появились новые планы поставки азербайджанских энергоресурсов на европейские рынки, вновь пролегающие в обход России и на потенциально конкурирующих с её проектами позициях (например, российский «Южный поток» и проекты с определяющим азербайджанским участием «TANAP», «Nabucco West»).

США и Великобритания считаются двумя профильными партнёрами Азербайджана в его экспортно ориентированной нефтяной политике. Заявления британских представителей в Баку укaзывают на планы Запада занять ведущие позиции и в сфере поставок из Азербайджана на внешние рынки природного газа. К примеру, в июле 2012 года в интервью бакинским СМИ британский посол в Азербайджане Бейтман отметил, что «десятки миллиардов долларов могут быть вложены в проект «Шах-Дениз-2», который будет сдан в эксплуатацию в конце этого десятилетия… имеется большой оптимизм по поводу запланированной с 2017 года поставки газа в Западную Европу с месторождения «Шах-Дениз-2».

Так получилось, что сообщения о выходе России из транзитного договора с Азербайджаном практически совпали с визитом президента Алиева в Австрию. Одним из ключевых вопросов визита стали обсуждения проекта «Nabucco West».

Россия решила продемонстрировать Азербайджану возможную эволюцию своих региональных подходов на Южном Кавказе, где все последние годы со стороны Москвы был отчётливо представлен курс на поддержание паритета в отношениях с Арменией и Азербайджаном. Очевидно, что расторжением транзитного договора Россия не сворачивает ровные связи с Азербайджаном и не начинает открытый отход от паритетного курса в регионе. Но принципиальным шагом Москвы азербайджанское руководство было поставлено в известность о неисключаемых пересмотрах курса северной державы на Южном Кавказе.

Объективные оценки эпизода вокруг расторжения договора исходят и из самого Азербайджана, что только подтверждает реальность существующих сложностей в отношениях двух соседей.

Некоторые местные комментаторы увидели в этом сигнал о том, что если раньше Москва во имя поддержания теплых политических отношений мирилась с экономической невыгодностью для неё транзита азербайджанской нефти через Новороссийск, то ныне данный подход находит своё переосмысление. Михаил Агаджанян, kavkazoved.info